Херувим, Херувимы

ХЕРУВИМ, ХЕРУВИМЫ - этимология слова - "Херувим, Херувимы", и этимологическое значение его темно и не дает определенного о них понятия. Иные производят это слово от еврейского слова, которое в еврейском тексте Св. Писания не встречается, а на семитических языках значит пахать, возделывать землю, а отсюда переходят к понятию вола, как животного, возделывающего землю, находя указание на это в самом видении пророка и понимая под ним выражение превосходства, силы, а отсюда - под Херувимами понимают крепкие силой духовные существа. Но очевидно, что это только частное значение слова "Херувимы". Другие, находя в арабском языке другое значение, а именно - стеснять дух, приводить в страх, разумеют страшные, приводящие в трепет существа. Но и это не объясняет их существа. Иные, придавая слову Херуб значение приближаться, быть близким, разумеют существа, близкие к Богу. И Херувимы, действительно, суть самые близкие к Богу служебные силы. Но такое объяснение слова - произвольно. Другие еще, переставляя буквы в еврейском слове, приходят к другому значению этого слова, а именно - "колесница" - и понимают X., как Божьих колесниц, как и представляются они у пророков. Но представление их в образе колесницы в видении пророка составляет случайную принадлежность, а не существенную. Этой черты мы не видим ни в изображении Херувимов над ковчегом Завета, ни в храме Соломоновом, ни в Апокалипсисе. Иные, находя в семитических языках это слово в значении "брать" и то же значение в индоевропейских языках, отожествляют их с грифами древних, которые в мифологических сказаниях востока изображаются чудовищными и страшными птицами и представляются охранителями золотых гор, делая их недоступными. Этому объяснению благоприятствует то, что они изображаются с крыльями. Но это не выражает их существа и не имеет отношения к X. библейским. Наконец, некоторые, переводя еврейское слово значением "знать, понимать", разумеют под ними существа, одаренные большим ведением. Так понимали и многие из отцов церкви. Еще иные, исходя из арамейского слова со значением "вырезывать, изображать", понимают их, как образы, изображения, вымышленные человеческой фантазией, которым не соответствует ничего действительного. Но Св. Писание ясно указывает, что это живые существа, обладающие высшей жизнью. Таким образом во всех этимологических объяснениях слова Херувимы мы находим только отдельные черты и точного, определенного понятия не получаем, не говоря уже о том, что все производства этого слова составляют только догадки и предположения. С большей определенностью оно раскрывается из Библейской истории. В первый раз оно встречается в третьей главе книги Бытия, где Херувим с пламенным мечом стоит у сада Эдемского и охраняет путь к древу жизни, как один из лика св. Ангелов. Потом о них говорится при устроении Скинии и при создании храма Соломонова. Изображение их в образе человеческом, но с крыльями и поставление их в Святом Святых над ковчегом Завета показывает, что они, как высшие духовные существа, особенно близки к Богу, всегда готовы исполнить его волю, проникая в тайны нашего спасения. В псалмах Давида, у пр. Исаии, Бог представляется восседающим на Херувимах, что указывает на их высшее место и на близость к Богу. У пророка Иезекииля они представляются, как светозарные, пылающие существа человеческого облика: у каждого по 4 лица и по 4 крыла, и под крыльями руки, вроде человеческих, и подле них 4 колеса, по колесу возле каждого, устроенные как бы колесо в колесе, не имея нужды во время шествия оборачиваться, и все тело их исполнено очей, и дух жизни в них, и они поднимались и шествовали, куда дух вел их. И над главами их подобие тверди, как кристалл, и над твердию подобие престола, и на нем подобие человека, который весь, как пылающий металл, как свет электра, как некий огонь, и вокруг его сияние. Таким образом Херувимы представляются здесь ближайшими причастниками неприступного величия и славы Божией. Тогда как в В. Завете они являются как посредствующие существа в явлении Божием миру, в откровении Иоанна - они на небесах, пред престолом постоянно предстоят и неумолчно прославляют бесконечные совершенства Вседержителя и Агнца. Из этого видно, что X. нельзя принимать за одни олицетворения открывающихся в творении сил и свойств Божиих или за одни образы религиозной фантазии. Чувственные черты и изображения, в каких представляются X. в видении Иезекииля и в откровении Иоанна, не препятствуют видеть в них действительные, личные и притом высшие существа духовные. Они поставляются пророками вместе с ангелами и в числе их. Но они не суть посланники и вестники, подобные прочим ангелам, а составляют особенный, высший чин в небесной иерархии, отличный от ангелов. Они представляются самыми приближенными к Богу умными силами, одаренными от Бога особенными совершенствами и имеющими свое особенное служение; в них полнота высшей жизни и высшее отражение славы Божией. В небесной Иерархии Дионисия Ареопагита они поставляются подле Серафимов в первом лике, занимая таким образом второе место в ряду девяти чинов ангельских.